Онейроидный синдром

Онейроид – форма помрачения сознания, при которой индивидуум полностью погружен в собственный мир и отчужден от окружающей реальности. Или же при онейроидном синдроме в его сознании происходит смесь фрагментов действительности с яркими фантастическими представлениями. Онейроидное состояние проявляется нестандартным, фантастическим содержанием сновидных, грезоподобных, псевдогаллюцинаторных переживаний.

При онейроидном синдроме определяется дезориентировка человека во времени, пространстве. Происходит видоизменение восприятия собственной личности, перевоплощение и трансформациясобственного «Я» в иные объекты живого мира. При онейроиде субъект становится непосредственным участником переживаемой вымышленной ситуации, которая имеет явный сказочный характер.

Онейроидное состояние может быть зафиксировано у людей разных возрастов. Начальные проявления онейроида могут быть определены уже у детей в возрасте старше трех лет. Тяжелые формы онейроидного синдрома, как правило, определяются у детей подросткового возраста и у зрелых особ. Практически всегда в таких ситуациях онейроид соседствует с кататоническим ступором – выраженной двигательной заторможенностью, упорным длительным молчанием. Однако в некоторых ситуациях возможно и развитие у больного психомоторного возбуждения. У лиц пожилого и старческого возраста онейроидное помрачение сознания встречается нечасто.

Причины онейроида

Онейроидный синдром никогда не выступает первичной самостоятельной проблемой. Онейроид всегда вызван воздействием эндогенных (внутренних) и экзогенных (внешних) факторов.

Данное состояние сознания– характерный симптом кататонической и параноидной шизофрении. Онейроид присутствует в структуре биполярного аффективного расстройства. В клинической практике онейроидный синдром очень часто выступает типичным состоянием при передозировке наркотических веществ. Онейроид рассматривается также как отдельный вид алкогольного делирия.

Данная форма помрачения сознания нередко фиксируется при инфекционных психозах, вызванных энцефалитом. Нередко онейроидный синдром является сопутствующим компонентом пресенильных и старческих психозов. Грезоподобное помрачение сознания может быть вызвано сосудистой деменцией. Испытать отрешенность от реальности могут люди, которые перенесли травмы черепа. Онейроид фиксируется у больных эпилепсией.

Клиника онейроида

Онейроидный синдром можно условно разделить на четыре варианта на основании того, как человек ориентируется в собственной личности и интерпретирует явления окружающей среды.

  • При грезоподобном онейроидном состоянии восприятие собственной личности изменено кардинальным образом. Больной полностью отстраняется и становится безучастным к реальной действительности. Он всецело погружен в события, созданные его фантазией.
  • При фантастически-иллюзорном типе в сфере восприятия происходит смешивание фрагментов реальности с фантастическими компонентами. Любые объекты окружающего мира могут спровоцировать появление у человека иллюзий фантастического содержания. Однако индивид не полностью отрешен от реальности. Его галлюцинации носят поверхностный характер. В его воображении не происходит мифических перевоплощений.
  • Приориентировано-сновидном варианте у человека возникают красочные зрительные галлюцинации. Иных форм галлюцинаций не фиксируется. Нередко пациент пребывает в состоянии аффекта.
  • При сценически-галлюцинаторном онейроиде больного одолевают многообразные яркие галлюцинации. У больного возникает бред с чертами сказочности и романтичности. Пациент пребывает в возбужденном состоянии. Однако психомоторное возбуждение не представляет собой опасности для окружающих.

Данную аномалию также подразделяют по содержанию преобладающего аффекта на два вида:

  • депрессивный вариант;
  • экспансивный(маниакальный) тип.

При депрессивном уклоне помрачения сознания у индивидуума возникает нигилистический бред, проявляющийся негативными идеями касательно собственной личности и окружающей среды. У человека появляется интенсивный навязчивый страх и алогичная неуправляемая тревога. Он чувствует апатию и бессилие. В своих видениях пациенты становятся свидетелями собственной смерти. Они наблюдают ужасные сцены издевательства, унижения и насилия над их близкими людьми. Герои галлюцинаций – отвратительные устрашающие персонажи, чудовища и монстры, в реальности не существующие.

При маниакальном варианте онейроида человек чувствует восхищение, умиление, прозрение. В его воображении появляются красочныекартины с романтическим, сказочным содержанием. Больной переносится в удивительные нереальные миры. На своем пути он встречает добрых героев. Он ощущает благодушие и радость. Он окрылен увиденными сценами.

Онейроидное состояние возникает не спонтанно и внезапно. В своем развитии синдром проходит несколько последующих стадий.

На начальном этапе онейроида происходят сбои в работе вегетативной нервной системы и возникают соматические нарушения. Появляется лабильность эмоций: у человека стремительно и беспричинно меняется настроение. На первый план выходят различные расстройства сна. Как правило, изнуряющая бессонница сменяется прерывистым поверхностным сном, заполненным яркими сновидениями. Человека начинает одолевать иррациональный страх. У него появляются опасения касательно своего здоровья. Его пугает, что он может сойти с ума.

На стадии бредового настроения у больного наблюдается повышенный или пониженный фон настроения. При этом существующее у субъекта настроение не соответствует, а нередко и вовсе противоречит существующему положению дел. Человек отстраняется от реального мира, погружаясь в свои фантазии.

Третья ступень развития онейроида характеризуется возникновением острого чувственного бреда, который носит черты инсценировки. Человек указывает на постоянную смену декораций в окружающей среде. Он утверждает, что вокруг него развертывается театральное действие. Он будто участвует в спектакле или съемке фильма. Он полагает, что мимика, жесты, движения окружающих его людей наполнены особым значением. В высказываниях других он улавливает особыйсмысл. Незнакомые лица он воспринимает, как ранее виденные. В то же время реально знакомые люди и родственники кажутся ему чужими, посторонними знакомыми. Он может утверждать, что окружающие умышленно загримировались, чтобы походить на его знакомых и родственников.

Четвертый этап – стадия острого манихейского бреда, характеризующегося психической двойственностью. В своем окружении больной видитдва противоположных лагеря, сражающиеся между собой. Эти стороны – противостоящие друг другу силы, олицетворение добра и зла, света и тьмы.Человек ощущает себя субъектом, находящимся в центре этого противостояния. При этом исход борьбы прогнозируется им роковым.Самосознание больного остается еще сохраненным.

В последующей стадии развивается непосредственно онейроид. Галлюцинации при этом синдроме отличаются причудливостью и фантастичностью. Субъект утверждает, что он лично принимает активное участие в вымышленных ситуациях. Нередко больные исполняют роль известных исторических личностей, знаменитых государственных деятелей. Они могут воплотиться в образ героев фильмов и спектаклей. Человек может воспринимать себя находящимся на других континентах. Он может пребывать на иных планетах, ощущать себя летающим в космосе. Больной может утверждать, что живет в другую историческую эпоху. Он может сообщать, что является свидетелем мирового апокалипсиса и видит гибель Вселенной.

По окончанию онейроидного состояния больной может в подробностях помнить содержание своих галлюцинаций. Однако он не может описать точно окружающую обстановку. Другие пациенты помнят и свои фантазии, и явления реальности. Третья категория лиц демонстрирует полную амнезию на события.

Лечение онейроида

Вопрос госпитализации больного в психиатрическую лечебницу решается в индивидуальном порядке. Решение принимается исходя из тяжести онейроидного состояния и характера основнойпатологии.

В крайне редких случаях при психомоторном возбуждении больного требуется его физическое удержание. Однако большинству больным с онейроидом будет достаточным проведения успокаивающей психотерапии. При помещении пациента в клинику врачу необходимо постараться установить контакт с больным. При выходе пациента из онейроидного состояния нужно ему четко и понятно объяснять происходящее с ним и мотивировать на дальнейшее лечение.

Медикаментозное лечение ориентировано на минимизацию симптомов основного заболевания и достижение стабильного психического состояния больного. Поэтому перед началом терапии необходимо точно установить, каким эндогенным и экзогенно-органическим психическим расстройством вызван онейроид. После определения диагноза составляют медикаментозную схему лечения. В программе лечения предусмотрены нейролептические, седативные, ноотропные средства. Купирование обезвоживания организма, устранение метаболических сдвигов проводится по общепринятым правилам посредством введенияинфузионных средств. Если онейроидный синдром обусловлен кататонической или параноидной шизофренией, основу лечения составляют антипсихотики с последующим подключением когнитивно-поведенческой психотерапии и социальной реабилитации.

Онейроид – это иллюзорное восприятие действительности, сопровождающееся грезоподобной дезориентацией с наличием сновидных развернутых фантастических картин, псевдогаллюцинаторных переживаний, которые переплетаются с явью вплоть до ее абсолютного замещения. При онейроиде пространственно-временная дезориентировка (нередко потеря ориентации в личности) несколько разнится от оглушения (проявляющегося отсутствием ориентирования) и аменции (обнаруживающейся в устойчивом тщетном поиске ориентировки).

Больной при онейроиде принимает участие в переживаемой псевдогаллюцинаторной действительности. Можно выделить такие типичные признаки онейроида: дезориентировка, трансформация субъекта восприятия, видоизменение Я. Развивается данная патология стадийно, ей сопутствуют эмоционально-волевые и двигательные сбои, дисфункция мышления и расстройство речи.

Онейроид — что это такое?

Рассматриваемая патология выражается в качественном расстройстве сознания. Также онейроид это в психологии являет собой сновидное расстройство, помимо того может именоваться грезоподобным нарушением.

Характеризуется онейроид абсолютной отрешенностью пациентов от окружающего, изменением Я вплоть до его перевоплощения. Их переживания имеют фантастическое содержание, они редко обыденны, разворачиваются в виде чередующихся нереальных сцен.

Онейроид нельзя относить к специфическим для определенного недуга синдромам. Этиология его обусловлена как экзогенными факторами, так эндогенными причинами. Об эндогенной природе можно говорить при отсутствии явления интоксикации и признаков любых клинически важных дисфункций органов.

Помутнение сознания по онейроидному типу походит на сновидение наяву. Проявляется оно затуманиванием сознания вкупе с наплывом невольно возникающих представлений фантастического содержания. Образные представления пациентов всегда обладают внутренней проекцией. Другими словами, при онейроиде обнаруживается превалирование псевдогаллюцинаторных явлений, необычайно красочных и необыденных, что отличает его от делирия. Окружающая обстановка воспринимается специально подстроенной словно разыгрывается «спектакль».

Помимо этого, отмечается пространственно-временная дезориентация. Так, например, пациент осознает, что пребывает в лечебном учреждении и одновременно считает себя командиром космического судна, пересекающего галактические просторы, а окружающий медперсонал и других пациентов он воспринимает в качестве коллег-космонавтов.

Что такое онейроидный синдром? Поведение пациента, пребывающего в онейроидном помутнении сознания, контрастирует с его нереальной псевдогаллюцинаторной симптоматикой. Больной обычно лежит неподвижно, глаза прикрыты, порой совершает руками плавные «летательные» движения, наблюдая за собственными приключениями, словно со стороны. Также отмечается нарушение осознания собственного возраста и восприятие времени. Индивиду может казаться, будто он пребывает в полете несколько лет. Иногда индивид, страдающий онейроидом, может бродить, задумчиво улыбаясь. При этом порой больной на настойчивые расспросы может поведать некоторые из своих фантастических картин воображения.

По выходу из состояния онейроидного приступа у индивида остаются сохранны воспоминания о собственных фантастических представлениях, а реально происходящие события во время этого приступа, наоборот, забываются.

Основным фактором, порождающим онейроид, считается наследственность. Если у кого-то из ближайшего окружения больного диагностирован психоз с сопутствующими ему галлюцинациями и помрачением сознания либо шизофрения, то, скорее всего, причиной появления рассматриваемого недуга является именно наследственность. Но если описываемых нарушений в семье не обнаружено, то онейроид может быть спровоцирован интенсивными эмоциональными переживаниями, побудившими его сбежать от действительности в иллюзорный мир.

Помимо того, рассматриваемый синдром могут провоцировать также физические факторы, например, травма головы, эпиприпадок, отравление фармакопейными препаратами.

Следует отметить, что обычно онейроидный синдром является проявлением рекуррентной либо кататонической шизофрении. Поэтому, если причиной появления описываемого синдрома онейроида стало расстройство психики, то проявления недуга могут длиться несколько суток и даже месяцев.

Помимо перечисленных факторов, развитие онейроида могут спровоцировать:

– острые интоксикационные процессы, порожденные злоупотреблением психоактивных средств либо наркотических препаратов, а также веществ, сходных по цели применения с наркотическими (клей, ацетон);

– воздействие некоторых средств, использующихся для проведения общего наркоза;

– разнообразные инфекционные процессы бактериальной этиологии или вирусного генеза, проходящие с гипертермией и интоксикацией;

– отравление спиртосодержащими жидкостями;

– энцефалиты различной природы;

– эпилепсия, сопровождаемая развитием психозов либо психических судорожных приступов, эквивалентных эпиприпадкам;

– неинфекционного генеза патологии органов, сопровождаемые серьезными сосудистыми нарушениями или изменением метаболических процессов (инфаркт миокарда, почечно-печеночные поражения с формированием недостаточности функции);

– иммунные расстройства (красная волчанка);

– эндокринные дисфункции (диабет, адреногенитальный синдром, болезнь Аддисона);

– тяжело текущая пеллагра;

– злокачественные новообразования различной локализации, если ведут к интоксикации и кахексии.

Нередко онейроидный синдром является признаком соматогенных психозов. Возникает вследствие формирования энцефалопатии сосудистого генеза либо интоксикационной этиологии при множестве тяжело текущих соматических недугах. При инфекционном процессе причиной расстройства сознания часто является диффузное поражение нейронов, возникновение токсического набухания нервных структур или сбои в микроциркуляции мозга.

Симптомы и признаки онейроида

В дебюте развития онейроидного состояния настроение пациента делается неустойчивым, зачастую – повышенным либо сниженным. Этим аффективным расстройствам сопутствует бессонница, чередующаяся колоритными сновидениями. Больные мучаются страхом сумасшествия. При добавлении мыслительных нарушений расстройства эмоциональной сферы делаются ярче, появляются вегетативные дисфункции: алгии в области миокарда, головные боли, снижение аппетита.

Постепенно при эскалации аффективных расстройств появляются бредовые идеи. Как правило, возникает несистематизированный бред ипохондрического содержания, бред преследования либо смерти. Затем его наследует бред двойника либо положительного, при котором пациент начинает считать окружающих его лиц знакомым человеком, который меняет внешность, либо отрицательного, при котором больной думает, что кого–то из родни или его самого заменил двойник.

После этого в клинической симптоматике онейроида начинает преобладать образный бред фантастического содержания, трансформирующийся в антагонистический бред (манихейский), который по структуре сходный с мистическим. Пациент ощущает себя пребывающим в эпицентре битвы армии добра и сил зла. Армия добра (ангелы, «добрые» инопланетяне) «посылают» ему в галлюцинациях позитивные уведомления, а армия зла («злые» инопланетяне, черти) – негативные сообщения. Больной, страдающий манихейской разновидностью бреда, часто опасен для окружения и собственной персоны.

В дальнейшем фантазии начинают подавлять действительность, пациент делается полноценным действующим лицом собственных псевдогаллюцинаций. При частичном сохранении контакта с реальностью пациент может совершать некоторые двигательные акты, соответствующие характеру псевдогаллюцинаций, но, активность его уровня, свойственного делирию, не достигает. При утрате контакта с реальностью, больной от происходящего отрешается, уходит в кататонический ступор, на окружающую явь не реагирует. Вне зависимости от сохранения контакта с действительностью, активность больного в своих галлюцинациях превосходит уровень его оживленности в реальности.

Чаще всего онейроид представляет собой эмоциональные нарушения. И прежде всего возникает лабильность эмоций. Иногда наблюдается также односторонняя модификация эмоций, перекос негативных эмоций или эмоций позитивного содержания. Возникает расстройства сновидений: бессонница, чередующаяся с яркими снами. Появляется страх у больного потерять разум. Позже присоединяется бред.

Разновидность онейроида обусловлена преобладанием определенного аффекта, вследствие чего различают депрессивную его форму и экспансивную. Первая – характеризуется апатией, бессилием, тревожностью, раздражительностью, бессилием, вторая – чувством восхищения, растроганности, прозрения.

Дисфункциям эмоциональной сферы сопутствуют вегетативные дисфункции: потеря аппетита, головные и сердечные. Типичные признаки онейроида – это сбои в аффективной области наряду с двигательными нарушениями.

Как писалось выше рассматриваемому онейроидному состоянию присуще наличие бреда, суть которого определяется характером псевдогаллюцинаций. Бредовое состояние нарастает постепенно, после дисфункций эмоциональной сферы.

Вначале возникает бредовое настроение, представляющее собой бред смерти, преследования, ипохондрический бред. Появляется частичная дезориентировка.

Затем наблюдается бред инсценировки, сопровождаемый явлениями символизма. Здесь характерен бред двойника положительного либо отрицательного. На описываемой стадии могут появиться психические автоматизмы, словесные аффективные иллюзии, реже вербальные галлюцинации. Сменяет их парафренная стадия, сопровождаемая явлениями сначала образного ретроспективного фантастического содержания бреда, а затем – манихейского бреда. Здесь самосознание индивида еще сохранно.

Онейроидные галлюцинации отличаются фантастичностью. Сновидные представления при рассматриваемом расстройстве не характеризуются наличием проекции во вне. Они развертываются внутри сознания, в личном психическом пространстве. Оттого и считаются не подлинным галлюцинозом, а псевдогаллюцинациями. Переживаемые пациентом образы красочны, часто фантастической направленности. Зрительные картины, чаще, напоминают сценки, связаны с определенной сюжетной линией.

Невзирая на участия больного непосредственно в переживаемых им самим ситуациях, для онейроида несвойственно психомоторное возбуждение. Пациенты, страдающие описываемой патологией, наоборот, чаще пребывают в оцепенении. Они отрешены от действительности, мимика словно «застывшая», однообразная. Не исключены кататонические нарушения. При этом отмечается рассогласованность между поведенческим паттерном пациента в реально существующем мире и в придуманном фантастическом мире, где он – активно действующая фигура.

Описываемое явление отличает онейроид от делирия, характеризующегося повышенной активностью субъекта, из-за чего вероятно нанесение увечий себе либо причинения вреда окружению.

Помимо перечисленной симптоматики при онейроиде также отмечаются и нарушения внимания, характерна его рассеянность, и памяти. Нарушения памяти проявляются в амнезии. Индивид по выходу из пережитого состояния может не помнить реальные события.

Классификация и этапы развития онейроида

Современная классификация недугов не содержит в себе термина «онейроид», поскольку не считается отдельным недугом, а является разновидностью качественного помутнения сознания. Онейроид включен в понятие «делирий».

Онейроид это в психологии считается особой вариацией нарушения сознания.

Согласно классификации, предложенной академиком А. Снежневским, онейроид распределяется по ниже приведенным признакам, а именно: по ориентированию в событиях действительности и по характеру и превалирующему аффекту.

В свой черед, в зависимости от ориентирования в действительности выделяют: грезоподобный и фантастически-иллюзорный онейроидный синдром. Первый характеризуется изменением Я индивида. Он характеризуется полной отрешенностью больного от внешней действительности и погруженностью в события, протекающие в воображении. Во–втором – фрагменты яви перемешаны с фантастическими нереальными образными картинами.

В зависимости от характера и доминирующего аффекта выделяют депрессивный онейроид и экспансивный.

Согласно классификации Демановой онейроидные состояния подразделены на четыре вариации: грезоподобную (полная отрешенность от внешнего мира, погруженность в воображаемые события), сценически–галлюцинаторную (является следствием шизофренического делирия, иногда старческого слабоумия, отмечаются фантастические галлюцинации), фантастически–иллюзорную (возникает при шизофрении, сопровождается калейдоскопическим смешением бреда и реальности), ориентированно–сновидную (следствие психозов, возникших по причине токсического поражения мозговых структур).

Классический онейроид проходит определенные этапы развития: вегетативные дисфункции, общесоматические патологии, бредовое расстройство, деперсонализация и дереализация, онейроидная кататония.

На начальном этапе обнаруживаются аффективные нарушения. Продолжительность его может составлять недели, и даже месяцы, что обусловлено этиологическим фактором. Характеризуется он эскалацией эмоциональной симптоматики.

Период бредовых идей довольно непродолжительный – от пары часов до нескольких суток. Заболевание на описываемом этапе говорит о себе через параноидальные склонности и посредством повышения эмоционального накала.

Бреда инсценировки может наблюдаться более длительно (до месяца). Проявляется он иллюзорными явлениями и синдромом отрешенности.

Этапу ориентированного онейроида присущ парафренный бред, длительность которого не более нескольких суток.

Истинный онейроид считается самым непродолжительным этапом. Поэтому именно на нем отмечается развернутая симптоматика расстройства психики. После чего клинические проявления онейроида минимизируются вплоть до пропадания.

Диагностика и лечение онейроида

Диагностика описываемого недуга проводится согласно клинической картине, а также учитываются семейный анамнез, условия жизнедеятельности пациента и недуги, которые ранее он перенес. Дабы выявить этиологический фактор необходимо проведение полного обследования с использованием лабораторных тестов и инструментальных методов.

Чтобы подтвердить диагноз следует дифференцировать онейроид с ониризмом – расстройством сознания, проявляемым нарушением сновидений. Ониризм зарождается вследствие тяжелого инфекционного процесса или ожоговой болезни. Характеризуется он переплетением реальности в сознании субъекта со сновидениями. Однако при ониризме галлюцинации и иллюзии фантастического содержания отсутствуют, в отличие от онейроидного синдрома.

Практически всегда лечение онейроида требует госпитализации.

Если недуг стал результатом злоупотребления наркотическими средствами, следствием химической интоксикации или алкогольного отравления, проводятся дезинтоксикационные неотложные мероприятия. Если при диагностировании выявлены тяжелые сосудистые патологии, эндокринные дисфункции, инфекционные процессы, то главным образом, необходимо лечить перечисленные патологии, поскольку именно они могли породить рассматриваемое нарушение.

Дабы устранить проявления непосредственно онейроидного синдрома показано назначение ноотропов, действие которых направлено на стимулирование памяти, улучшение мозговой деятельности, и корректировку функционирования вегетативной системы. Кроме того, активно применяются и нейролептики, которые оказывают воздействие на работоспособность ЦНС. Цель их назначения заключается в устранении галлюцинаций, купировании бредовых состояний, восстановлении постоянство эмоций.

Лечение онейроида в крайних обстоятельствах, когда нейролептики и ноотропы показали себя неэффективными, предполагает применение электросудорожной терапии. Однако действие данного метода требует дальнейшего изучения. При этом эффективность данной процедуры неоднократно доказана в ходе использования в лечении деперсонализации, галлюцинаторных синдромов и суицидальных состояний.

Для предупреждения развития онейроидного синдрома рекомендуется исключить употребление наркотических средств, злоупотребление спиртосодержащими жидкостями, стараться избегать травм головы, ежегодно обследоваться, своевременно устранять дисфункции органов, развивать стрессоустойчивость.

Психоневролог Гартман Н.Н.

Врач Медико-психологического центра «ПсихоМед»

греч. oneiros) – расстройство сознания, связанное с нарушением сна (Regis, 1894). Проявляется сновидениями, которые пациенты вполне отождествляют с реальными событиями. Во время сновидения исчезает чувство сна, пациенты, по их сообщениям, ощущают себя бодрствующими или им кажется, что они проснулись, а после утреннего пробуждения в течение длительного иногда времени им продолжает казаться, что они вовсе не спали, а все увиденное во сне проиходило в действительности. На самом деле, по наблюдениях окружающих, пациенты крепко спят, порою храпят, разговаривают во сне, их трудно разбудить. Поведение после пробуждения некоторое время может быть неадекватным, иногда оно целиком определяется содержанием сновидения. Критическое отношение к болезненному состоянию у некоторых пациентов появляется спустя несколько часов, дней, иногда его не бывает и спустя многие годы. К ониризму относятся, вероятно, и такие болезненные состояния, во время которых пациенты сохраняют контакт с реальностью, могут вести с кем-нибудь связную беседу, ничем неадекватным не обращая на себя внимания присутствующих людей. В то же время пациенты ощущают себя находящимися в мнимой, порой фантастической обстановке и им кажется, что они там ведут себя в соответствии с нею. По окончании болезненного эпизода, длящегося в пределах нескольких часов, амнезии обычно не бывает, но выясняется, что мнимые впечатления запоминаются значительно лучше, нежели реальные, и, кроме того, в силу неизвестных причин они достаточно часто и сами собой вспоминаются на протяжении нескольких месяцев и даже лет. Впервые и с клинической достоверностью такие состояния описал Ф.М.Достоевским у князя Мышкина, страдавшего эпилепсией, в романе «Идиот» (1868).

Среди клинических проявлений эпилептической болезни значительное место занимают острые и хронические эпилептические психозы. Если острые психозы транзиторны, то хронические психозы, возникающие обычно на отдаленных этапах заболевания, могут длиться от нескольких месяцев до года и более. По данным R. De Smedt (1963) и других авторов, психозы наступают у 2—5 % больных эпилепсией. Решающим фактором в их возникновении считается продолжительность заболевания . По данным Р. Н. Харитонова (1970), часть случаев эпилептических психозов коррелирует с наличием эпилептического очага в правой височной области. Диагностика эпилептических психозов нередко затруднительна, поскольку убедительных дифференциально-диагностических критериев для разграничения их с психозами аналогичной структуры в рамках других нозологических форм еще нет.

Острые психозы. Описание остро развивающихся психозов при эпилепсии содержится в работах Baillarger (1854), L. Delasiauve (1854), М. Morel (1860), J. Falret (1860), P. Samt (1875), W. Sommer (1881), а также W. Bausch (1922), W. Janzarik (1955), S. Dongier (1959). Наряду с состояниями спутанности упомянутые психиатры описывали острые психозы с кататонией, бредом, галлюцинозом, религиозно-экстатическими состояниями, маниакальными и депрессивными синдромами, подчеркивая при этом большую вариабельность психопатологических структур эпилептических психозов.

Острые эпилептические психозы подразделяются на психозы с помрачением сознания (сумеречные и онейроидные состояния) и без помрачения сознания (острые параноиды и аффективные психозы). Каждый из перечисленных психозов может занимать различное место в клинической картине эпилепсии: они возникают вне связи с судорожным припадком, непосредственно предшествуют ему или следуют за ним.

Острые эпилептические психозы с помрачением сознания. Эта группа включает сумеречные помрачения сознания (см. главу 1, часть I) и онейроид. Сумеречные состояния сознания, не связанные с развитием судорожного припадка, по психопатологической структуре идентичны вышеописанным пароксизмальным сумеречным состояниям, но более продолжительны (до нескольких суток). Предприпадочные сумеречные состояния, сочетающиеся с безотчетным страхом и вегетативными нарушениями, по существу представляют собой психическую ауру вторично генерализованного припадка височной эпилепсии . Послеприпадочные сумеречные состояния, наблюдаемые относительно чаще, бывают более продолжительными и сложными по структуре. Как правило, они наступают после серии больших судорожных припадков. В послеприпадочном состоянии чаще наблюдаются галлюцинаторные и бредовые расстройства (идеи преследования, ограбления и др.), они нередко сопровождаются хаотическим двигательным возбуждением, большой эмоциональной напряженностью и агрессией. Иногда после них остается резидуальный бред.

Эпилептический онейроид. Острые эпилептические психозы с картиной онейроида наблюдаются сравнительно редко. Как и при онейроидных состояниях иного генеза, значительное место в структуре психоза занимают иллюзорные расстройства фантастического содержания, а также зрительные и слуховые галлюцинации.

Окружающее воспринимается больными как ад или рай, сцена всенародного праздника или мировая катастрофа. Себя больные обычно считают богами, апостолами, могущественными людьми, персонажами легенд, сказаний. В этом качестве они участвуют в празднествах, мировых катаклизмах, общаются с Богом, выдающимися личностями настоящего и прошлого. Аффективные расстройства проявляются экстазом, восторгом или страхом, гневом, ужасом, злобностью. Моторные нарушения при эпилептическом онейроиде выражаются как заторможенностью, так и резчайшим возбуждением эпилептиформного типа или напоминающим кататоническое. В отличие от сумеречного расстройства сознания больные вспоминают содержание своих грез, но полностью амнезируют окружающую обстановку. В отличие от онейроида при шизофрении эпилептический онейроид имеет обычно религиозное содержание, кататонические расстройства могут полностью отсутствовать или быть рудиментарными, онейроид возникает внезапно. При шизофрении он развертывается постепенно, проходя ряд стадий (аффективная, бред интерметаморфоза, острый фантастический бред).

Острые эпилептические психозы без помрачения сознания. В эту группу входят острые параноиды и аффективные психозы.

Острые параноиды проявляются обычно чувственным бредом («бред восприятия» — по K. Jaspers, 1913), достаточно изменчивым по содержанию. Больные видят в окружающих своих преследователей, считают, что их хотят отравить, уничтожить самыми жестокими методами. Движения и действия окружающих больные расценивают как угрожающие, в речи посторонних людей они слышат брань, намеки, насмешки. Наряду с иллюзорным восприятием окружающего нередки истинные слуховые и зрительные галлюцинации. Последние окрашены в ярко-синие и красные тона, подвижны, имеют устрашающий характер. Больные резко возбуждены, тревожны, спасаются бегством от мнимых преследователей или, напротив, агрессивны, злобны, склонны к разрушительным действиям. Иногда их поведение бывает изменчивым: тревожно-боязливое возбуждение сменяется злобно-агрессивным и наоборот.

Острые аффективные психозы у больных эпилепсией представлены депрессивными и маниакальными состояниями разнообразной психопатологической структуры. Возможны депрессии с дисфорическим оттенком, депрессивные состояния с витальной тоской, идеями самообвинения, заторможенностью. Сравнительно нередки и депрессии с тревогой, ажитацией, развитием бредовых идей ипохондрического содержания и сенестопатиями . Маниакальные состояния сопровождаются аффектом различной окраски и интенсивности: наряду с маниакально-экстатическими психозами наблюдаются мании со стремлением к деятельности и веселые бездеятельные мании.

Хронические психозы. Современная оценка места и значения хронических эпилептических психозов противоречива и тесно связана с исторически сложившимися позициями различных исследователей в отношении этой группы психотических состояний. Одно из первых описаний хронических эпилептических психозов принадлежит P. Samt (1876). В систематике психических нарушений при эпилепсии он выделил группу протрагированного эпилептического помешательства и обратил внимание на то, что в одних случаях эти психозы являются первичными, а в других возникают после различных психических эквивалентов, как правило, с помрачением сознания; таким образом, их можно отнести к категории резидуально-бредовых состояний. Феноменологические описания затяжных галлюцинаторно-параноидных и кататонических состояний при эпилепсии содержатся в более поздних работах конца прошлого и начала нынешнего столетия . В работах O. Binswanger, O. Bumke, H. Gruhle наряду с обсуждением вопроса об обратимости психических нарушений при эпилепсии подчеркивается возможность развития хронических психозов при этой болезни.

Термин «хронические эпилептические психозы» в первую очередь применяют к психозам с бредовой и галлюцинаторной симптоматикой.

В литературе последних десятилетий хронические эпилептические психозы обсуждаются как психозы «шизофреноподобные». Если одни исследователи предлагают определенные психопатологические критерии для отличия хронических психозов при эпилепсии от шизофрении, то другие считают, что дифференциально-диагностическое значение таких критериев крайне относительно, и в диагностике основываются на изменениях личности. D. Janz (1953, 1969), анализируя психопатологическую картину шизофреноподобных психозов у больных эпилепсией, подчеркивает преобладание в ней бреда восприятия, возникающего по типу «озарения», идей воздействия и слуховых галлюцинаций над кататоническими, гебефреническими и деперсонализационными расстройствами, а также отсутствие нарушений мышления, характерных для шизофрении.

В большинстве современных работ, посвященных этой проблеме, отмечено, что хронические психозы при эпилепсии обычно возникают спустя 13—14 лет после манифестации заболевания , их развитие сопровождается урежением или прекращением припадков и нормализацией ЭЭГ. В этих же работах высказывается предположение, что параноидный характер хронических эпилептических психозов связан с возрастом больных к моменту их возникновения, поскольку «параноидный тип реагирования» свойствен лицам, достигшим 40 лет и более.

Существует также мнение о том, что хронические психозы у больных эпилепсией могут быть проявлением присоединившегося шизофренического процесса . Урежение или прекращение пароксизмов в некоторых случаях, а также нормализация ЭЭГ объясняются «антагонизмом» между эпилепсией и шизофренией.

Клиническая картина, течение и патогенез хронических эпилептических психозов разрабатывались U. Bartlett (1957), O. Lorentz de Haas, O. Magnus (1958) и особенно J. Bruens (1963, 1967, 1971, 1974), а также G. Kohler (1973). Работы J. Bruens содержат ряд важных клинических и патогенетических данных. Особенности клинической картины и течения затяжных эпилептических психозов у детей и подростков были подробно описаны Г. Б. Абрамовичем и Р. А. Харитоновым (1979).

Хронические эпилептические психозы проявляются паранойяльными, галлюцинаторно-параноидными и парафренными состояниями, а также кататоническими расстройствами.

Паранойяльные психозы сопровождаются бредом обыденного содержания с различной фабулой (бред отношения, отравления, ущерба и др.), связанным с конкретными лицами (сослуживцами, соседями), но почти никогда не затрагивающим близких родственников больного. Нередко наблюдается систематизированный ипохондрический бред: больные утверждают, что они страдают тем или иным заболеванием, связывают с ним развитие припадков, требуют всестороннего обследования, скрупулезно выполняют назначенные процедуры, педантичны в отношении приема лекарств. Возможно развитие паранойяльных состояний религиозного содержания: в этих случаях больные утверждают, что они являются наместниками Бога на земле, их миссия — проповедовать религиозное учение, предсказывать «конец света», «страшный суд» и т. д.

В отличие от паранойяльных состояний при шизофрении больные чаще всего бывают чрезвычайно откровенны, открыто и обстоятельно излагают свои подозрения, употребляют много уменьшительных суффиксов, нередко иронически-ласкательно называют своих врагов и недоброжелателей, много говорят о своих положительных качествах и достоинствах своих единомышленников, которые нередко оказываются их родственниками или близкими.

Паранойяльные состояния при эпилепсии сопровождаются повышенным или сниженным настроением; наблюдаемый в большинстве случаев тревожно-злобный или экстатически-восторженный оттенок аффекта имеет несомненное диагностическое значение.

Галлюцинаторно-параноидные и парафренные психозы. Галлюцинаторно-параноидные состояния определяются тесной связью бредовых расстройств с содержанием вербальных галлюцинаций, занимающих обычно центральное место в структуре синдрома, а также быстрым переходом галлюцинаторно-параноидного состояния в парафренное. Как правило, вербальные галлюцинации имеют антагонистическую окраску: одни голоса говорят о больном как об убийце, садисте, кровопийце, другие — как о чистой и непорочной личности, сравнивают с «невинным младенцем». Нередко возникает императивный галлюциноз: в одних случаях голоса заставляют больного совершать индифферентные поступки, в других требуют от него противоправных действий, например заставляют обнажать половые органы в присутствии детей, наносить повреждения «врагам» или себе. Некоторые больные слышат голос Бога, который угрожает или одобряет их поступки, требует наказать нечестивцев, благословить приверженцев церкви и религии. Хотя религиозная тематика бреда, равно как и набожность, у больных эпилепсией перестала быть типичным явлением , все же бредовые и галлюцинаторные расстройства с религиозным содержанием встречаются довольно часто.

При хронических эпилептических психозах также возможны вербальные псевдогаллюцинации. Наиболее часто они наблюдаются при персекуторных формах бреда.

Психоз, как правило, дебютирует галлюцинозом, затем быстро формируется моно- или политематический бред. Содержание бреда, как уже говорилось, связано с фабулой галлюцинаторных расстройств. Бредовые идеи отличаются конкретностью и изменчивостью. Бред преследования и ущерба нередко сменяется идеями греховности и самоуничижения или ипохондрическим бредом.

При хронических эпилептических психозах нередко развиваются явления психического автоматизма. В этих случаях обычно присутствуют все виды автоматизмов — идеаторные, сенестопатические и кинестетические. Имеется определенная связь между характером автоматизмов и содержанием бреда: идеаторные и кинестетические автоматизмы чаще наблюдаются при религиозном содержании бреда, сенестопатические — при преобладании в структуре психоза идей преследования и ипохондрического бреда.

Аффективные расстройства, чаще всего в виде пониженного настроения с аффективной напряженностью, у одних больных наблюдаются на протяжении всего периода психоза, что, по мнению Е. К. Молчановой (1960), служит одним из диагностических признаков эпилептических психозов. В других случаях аффективные расстройства на начальном этапе психоза бывают достаточно стойкими, но в дальнейшем появляются лишь эпизодически и, наконец, почти полностью исчезают. В отличие от больных с паранойяльными эпилептическими психозами в поведении этих больных в большинстве случаев отмечаются неполная доступность и необщительность, возможны длительные периоды речевого возбуждения с бессвязностью речи. Вместе с этим речь больных сохраняет все особенности речи при эпилепсии.

Как известно, галлюцинаторно-параноидные состояния при эпилепсии вызывают большие дифференциально-диагностические трудности. Помимо таких критериев, как выраженные изменения личности и четкие пароксизмальные состояния, следует указать на некоторые особенности бредовых расстройств, имеющие диагностическое значение. В частности, эпилептические бредовые расстройства тесно связаны с биографией больного и окружающей действительностью . J. Bruens обращает внимание на сравнительно небольшую «озабоченность» больных эпилепсией бредовыми переживаниями, на их способность «дистанцировать» себя от бредовых идей (своеобразную «двойную бухгалтерию»). J. Bruens подчеркивает, что больной эпилепсией с шизофреноподобным психозом остается в реальном мире, как бы он ни суживался вокруг его Я.

Парафренные состояния обычно имеют вид галлюцинаторной парафрении с рядом особенностей. Это постепенное изменение галлюцинаций или (реже) псевдогаллюцинаций, появление мегаломанических бредовых идей, как правило, религиозного содержания, а также развитие речевых расстройств, напоминающих шизофазию. Описываемым парафрениям свойственно экстатически-восторженное или благодушное настроение. В речи парафренных больных, равно как и больных с явными признаками своеобразной эпилептической шизофазии, проявляется симптом повествовательного монолога, сочетающего высказывания о событиях реальной жизни и бредовые суждения фантастического, религиозного или обыденного содержания. Следует отметить большую образность представлений и мышления, а также персеверативность речи .

Кататонические психозы. В клинической картине этих психозов преобладают такие кататонические расстройства, как субступор с негативизмом или пассивной подчиняемостью, субступор с мутизмом, постоянным стереотипным бормотанием или с импульсивным возбуждением. Нередко кататонические расстройства проявляются пуэрильно-дурашливым поведением с гримасничаньем, стереотипиями, эхолалией, ответами «мимо». В последующем развивается регресс поведения.

Большинство исследователей указывают на чрезвычайные трудности разграничения подобных состояний эпилептической природы и аналогичных психозов при шизофрении.

Некоторые наблюдения позволили установить определенные закономерности течения эпилептической болезни с развитием так называемых шизофреноподобных хронических психозов. Задолго до развернутых галлюцинаторно-параноидных и кататонических состояний вначале в картине сумеречных расстройств, а затем и в кратковременных психотических эпизодах без помрачения сознания развиваются аналогичные психопатологические расстройства, но в рудиментарном, неразвернутом виде. Они становятся как бы «прообразом» хронического психоза, на что обратили внимание Е. К. Молчанова (1960), В. Н. Фаворина (1968), а еще раньше O. Binswanger (1899), E. Kraepelin (1910), M. Sakel (1913). Здесь нельзя не усмотреть известную аналогию с так называемыми транзиторными шубами при шизофрении, проявления которых в значительной степени коррелируют со структурой первого развернутого «манифестного» приступа болезни .

Большинство исследователей хронических эпилептических психозов обращают внимание на то, что они возникают, как уже указывалось, спустя 13—14, а по мнению В. Н. Фавориной (1968), через 16—40 лет после начала болезни, причем наибольшая выраженность заболевания приходится в этих случаях, как правило, на юношеский возраст. Клинические проявления эпилепсии при этом крайне полиморфны: наряду с большими и малыми припадками у больных отмечаются изменения настроения и сумеречные состояния различной психопатологической структуры. Существует мнение, что развитию хронического бреда при эпилепсии способствует наступающее слабоумие, которое исключает критическую оценку преходящих психотических эпизодов и резидуально-бредовых расстройств .

J Bruens (1971, 1974) устанавливает определенную корреляцию между развитием хронического психоза и типом эпилепсии. По его данным, психозы с затяжным течением возникают у лиц, страдающих типичной височной эпилепсией или височной эпилепсией с определенными изменениями ЭЭГ в противоположном полушарии мозга («билатерально-синхронный островолновой комплекс»). Для «первично генерализованной эпилепсии», напротив, типичны состояния со спутанностью, а хронические психозы нехарактерны; аналогичное мнение высказывают S. Dongier (1959), Е. Slater и соавт. (1963), P. Flor-Henri (1969). Вместе с этим в работах J. Bruens (1971, 1973) опровергается широко распространенное мнение об исчезновении пароксизмов и обязательной нормализации ЭЭГ в момент развития психоза. Полная нормализация ЭЭГ наблюдалась лишь у небольшой части больных.

Я читал множество книг со страшными эзотерическими историями, но никак не ожидал прочесть нечто настолько страшное в книге о… любви. Не скрою, всё это повергло меня в глубокий когнитивный шок, так как я распознал в себе присутствие описанного ниже существа и всенепременно захотелось поделиться этим открытием и с Вами. Речь пойдет о неком энергетическом создании, которое управляет всей жизнью человека — его можно заметить, если долго смотреть вечером в зеркало…

ОНЕЙРИЧЕСКИЙ ПРИЗРАК

Сон наяву — распространенная привычка, кажущаяся совершенно безобидной, поэтому никто не пытается проанализировать, что происходит с человеком в состоянии такого полусна, в котором протекает бóльшая часть его жизни. В результате этого состояния рождаются все виды фантазий и воздушных замков. Обычно во время сна наяву человек не только постоянно пересматривает свое душевное и физическое состояние, но и дает выход различным вымыслам, основанным на страхах, скрытых желаниях и разочарованиях. Для многих это — механизм, позволяющий избежать столкновения с конкретными проблемами и заменить их удобными фантазиями, которые могут быть очень сложными и даже невероятными. В состоянии полусна возможно всё, нет ничего недоступного, не существует никаких барьеров или пропастей, которые нельзя было бы преодолеть. Кроме того, это состояние дает человеку два очень важных преимущества:

  1. Не нужно совершать никаких усилий.
  2. Отсутствует всякий риск, какими бы удивительными ни были воображаемые приключения.

Подобный сон — не просто развлечение для ума, его корни очень глубоки и тянутся из детства, когда ребёнок начинает ясно осознавать разницу между тем, что он делает, и тем, что должен делать, подчиняясь требованиям родителей и учителей. Он замечает большое различие между тем, кто он есть, и каким хочет его видеть общество. По мере того как ребёнок осознает свои недостатки и слабости, он вырабатывает для себя целую серию норм, многие из которых проистекают из требований родителей и учителей, другие, возможно, большинство — из зависти или восхищения людьми, с которыми он стремится соперничать, чтобы достичь такой же славы, почитания и престижа, каких достигли они реально или в его воображении.

Существует обширная галерея личностей, представляющая собой настоящий рынок иллюзий. Известные спортсмены, герои кинофильмов и комиксов, героини телесериалов, идолы молодежи из мира поп-музыки, мудрецы, известные миллионеры, президенты, политики, искатели приключений, интеллектуалы, философы — все те выдающиеся личности, которые заслужили восхищение людей своими истинными или вымышленными качествами. Из этих примеров ребёнок почерпнёт материал для странной работы, заключающейся в фантазировании о себе, мире и людях. Такое захватывающее занятие никогда не прекращается, определяя течение его жизни. Эти мечты, или сценарий, определяют судьбу человека и его поведение. Подобный процесс фантазирования о самом себе формирует «идеальное существо» — некую смесь из множества моделей личностей, котор подобно творению доктора Франкенштейна, может легко разрушить своего создателя.

Сформированное таким образом существо мы назовем «онейрическим призраком». Оно создано фантазией и грёзами человека, живет благодаря своему творцу и всю жизнь питается его жизненными силами.

Хотя это существо создается человеком в детстве, оно сохраняет свою базовую структуру и в зрелом возрасте, причем его сущность не меняется, но вбирает в себя новые модели, добавляя их к основным, уже существующим, являющимися для него самыми важными. В своих мечтаниях взрослый человек обычно вновь обращается к своим детским фантазиям.

Наш «онейрический призрак» подобен «идеализированному образу» ортодоксальной психологии, хотя между этими понятиями есть важное различие. В психологии «идеализированный образ» — это нечто внутреннее, существующее лишь в разуме человека. Согласно герметической философии «онейрический призрак» живет реальной жизнью в мире энергии, то есть это энергетическое существо, рожденное мыслями человека. Говоря о реальности данного существа, мы имеем в виду, что оно реально только в мире энергии, где исчезают его призрачные свойства и оно превращается в материальное творение.

Таким образом, для психологии «идеализированный образ» исключительно субъективен, а в герметизме «онейрический призрак» имеет внутреннее и внешнее существование — конкретное и объективное. Вполне понятно, что в юном возрасте, когда психологическое «я» человека еще слабое, ребёнок не способен противостоять мощному влиянию социальных моделей, которыми он восхищается. Даже взрослому трудно не поддаться влиянию и не начать слепо подражать им.

В «онейрическом призраке» сосредоточено то, что человек хотел бы получить, и всё это он приобретает на «мировом рынке иллюзий», о котором мы говорили ранее. Из разрозненных черт, принадлежащих излюбленным персонажам, создается «онейрический призрак», с помощью которого человек превращается, по крайней мере в своих мечтах, в супергероя из научной фантастики, чье существование невозможно в объективной реальности.

Процесс воображения себя супергероем происходит бессознательно и помимо его воли. Человек не делает ничего дурного, он лишь ищет иллюзорную компенсацию, чтобы избежать горькой, грубой и неудобной реальности. На первый взгляд кажется, что «онейрический призрак» не представляет собой серьезной проблемы и вроде бы делает нашу жизнь более легкой и приятной. Однако, полагаясь на тысячелетнюю мудрость герметизма, мы утверждаем, что действие «онейрического призрака» имеет огромную разрушительную силу. Это действие не урагана, сметающего города, а своеобразное развлечение невидимого лицемерного врага, играющего, как кот с мышью, нашими амбициями, желаниями, эмоциями и страхами.

Мы должны задуматься, какие тёмные космические силы стоят за этим коварным врагом, существующим на энергетическом плане во внутреннем и окружающем нас мире. В действительности «онейрический призрак» живет за счет человека, из которого он высасывает энергию при помощи многочисленных, разнообразных и привлекательных миражей. Это не просто риторический оборот. Мы утверждаем, что «онейрический призрак» является невидимым созданием человека, имеющим сатанинскую природу. Мы назвали его «сатанинским» не потому, что он порочен сам по себе (как смерть нельзя назвать пороком), а именно потому, что его функция состоит в создании иллюзий.

Наиболее ужасная часть этой игры начинается тогда, когда человек забывает, кто он, и считает себя этим самым «идеализированным образом», или «онейрическим призраком», то есть мечтатель превращается в свою мечту. С этого момента человек вступает в порочный круг эйфории и депрессии. Он испытывает эйфорию из-за своего ложного отождествления с супергероем и депрессию, когда жестокая реальность показывает, насколько его поведение не соответствует высоким стандартам идеализированного образа. Это вызывает огромную тревогу и чувство вины. Тревогу оттого, что человек считает себя хуже, чем он есть на самом деле, а чувство вины оттого, что ему не удалось стать супергероем.

Можно предположить, что после первого разочарования человек поймет, что он не тот, кем себе казался, и перестанет считать себя супергероем. Тем не менее на практике происходит противоположное: вместо того чтобы попытаться исправить свою ошибку, мечтатель с еще большей силой отождествляется с «онейрическим призраком», что позволяет ему, по крайней мере временно, избавиться от разочарования и чувства неполноценности. Таким образом, круг замыкается, и человек попадает в капкан собственной слабости.

Пагубность такого механизма состоит в том, что человек ставит перед собой цели, которых ему никогда не достичь, и он обречен проводить всю жизнь в вечной погоне за иллюзиями. «Онейрический призрак» становится неизбежным спутником человека, с неотвратимой силой заставляя его следовать моделям, из которых он этот призрак сконструировал.

В соответствии с данным механизмом в нас могут воплотиться образы Наполеона, Юлия Цезаря, Соломона, Казановы, Супермена и Джеймса Бонда, требуя тех же подвигов, действительных или вымышленных, которые они совершали. Это вызывает сильную непонятную тревогу, постоянно терзающую человека. Чем сильнее наш «идеализированный образ», или «онейрический призрак», тем более деспотичными будут наши требования к себе и тем труднее будет их выполнить. Цели, которые мы ставим перед собой, продиктованы нашими фантазиями, формирующимися под влиянием образов известных людей и фальшивых идолов, созданных поэтами, писателями и рекламой.

Только тот, кому удается контролировать безумные внутренние требования, происходящие от «онейрического призрака», имеет больше шансов добиться со временем истинной любви, придя к пониманию, что эти требования в действительности фантастичны, иллюзорны и преувеличены, и что от них необходимо и возможно избавться.

Текст из книги «Наука Любви», автор Д С Соммэр